О, женоненавистничество какое. На языке поэзии.
Куда как Булкавов в прозе


Молчание.

А ведь действительно какой-то злостный рок нас травит.
Люська. Лирика!
Чарнота (внезапно, Люське). Ты была с французом?
Люська. Поди ты к черту от меня!
Серафима. Тише, тише, тише! Перестаньте ссориться, сейчас я принесу ужин.
Люська. Брось, Симка, не берись не за свои дела. Ты моими словами не
обижайся. Я все равно пойду по этой дороге. Я не евши сидеть не буду, у
меня принципов нету!
Серафима. И я не евши сидеть не буду и на чужой счет питаться не буду. А
знать, что ты ходишь, зарабатываешь, и сидеть здесь - это уж такая
подлость, такая подлость! Надо было мне все сказать! Попали вместе в
яму, вместе и действовать будем!
Люська. Чарнота продаст револьвер.
Чарнота. Люсенька, штаны продам, все продам, только не револьвер! Я без
револьвера жить не могу!
Люська. Он тебе голову заменяет. Ну, и питайся на женский счет!
Чарнота. Ты не искушай меня!
Люська. Вот только тронь меня пальцем, я тебя отравлю ночью!
Серафима. Перестаньте! Что вы грызетесь все время? Я вам говорю, будет ужин!
Это вы с голоду!
Люська. Что ты там затеваешь, дура?
Серафима. Ничего я не дура, а была действительно дурой! Да не все ли равно,
чем торговать. Все это такая чепуха! (Уходит на галерейку, потом
возвращается в шляпе и выходит из двора.) Ждите меня, только,
пожалуйста, без драки.

Не злодействует в прозой как в этом стихе.

Странное восприятие стиха. Мне кажется, здесь нет осуждения.
Частное лицо, никак "не замеченное" в "отношениях с политикой", вынуждено с ней считаться. Она бы с удовольствием и продолжала "чай пить", а ее вынуждают идти на продажу. Жаль.

Гений и носитель, не одно и то же. Цельность это не целое, это все же связанность. Но стихи, это всегда ты. Поэтому авторское "как попадают на Остров "тетки", ничего не понимающие в поэзии. Не иначе, как кораблекрушение выбросило. Бывает." Есть сказанное человеком. Гением же создано следующее;



Он гудел и гудел до боли.
И в глазах мельтешили мухи ...
Говорят, что ночами в поле
Он для Нюшки искал свои руки.
В минном поле у Козьего лога,
Где сорняк такой – не уполешь.

Мост стоит:
три бревна в ширину,
три бревна в длину.
Одним концом-в крапиву,
другим-в белену.
Речка мелкая
–так пройти просто,
А гляди
–ходят все по мосту.

...Их еще приходило много.
Только как их, родных, упомнишь?

Присоединяюсь - потрясающе здорово.