|
У могилы говорили речи.
Ноги утопали в желтой жиже.
И вдовы опущенные плечи
Опускались ниже.
Небо было тихим и огромным.
Свет осенний падал на ограды...
........................................................
Там еще стоял какой-то в темном.
Где-то в отдалении. Не рядом.
7.04.1992
|
|
|
Билась в недальних порогах река.
«У переправы коней не меняют».
Только-вот рыжая что-то хромает,
Ходом сбивает и коренника.
Так-то – ничто. И поклажа легка.
Так на земле. А с рекою не шутят –
Вроде бы что там, а ну как закрутит...
Тут бы сберечь хоть коренника...
Длинная жизнь, что в кобыле жила,
Шею вытягивала из тела.
С берега вслед им долго глядела.
Долго глядела...
А вплавь не пошла.
9.10.1991
|
|
Тьма теплым дождем заглядывает
в освещенные окна домов,
И видит:
B одном – как бездетная женщина
штопает детские вещи,
В другом – глухой слушает по радио
свадебный марш,
В третьем – девочка в пачке и пуантах
танцует перед спящим котом.
Окна гаснут по одному, и дождь,
проливаясь мимо окон, по стенам,
по асфальту,
уносит свое тепло
в землю.
|
|
|
Было, не было – забыла.
Просто шла сквозь бурелом.
Просто видела затылок
Там, над письменным столом.
Август обдавал теплом.
Низко так жужжали пчелы.
Замедляя шаг тяжелый,
Просто шла сквозь бурелом.
Просто шла. И жадным ртом
Воздух осени ловила...
А любила, не любила –
Это... это все потом...
Что «потом», она забыла.
4.10.91
|
|
Сретенкой и Моховой
Дым плывет пороховой.
Сухо щелкают затворы
Сретенкой и Моховой.
А купеческая дочь
Чай пила, отставив пальчик,
И Амур – кудрявый мальчик
Ей грозился из угла.
Кто там прав, кто виноват,
Сами пусть и разберутся.
То ли дело – чай из блюдца,
Крепкий сахар – рафинад.
Сахар кончился, хоть вой.
Что за жизнь без рафинада!
Ах, Амур, а жить-то надо,
Надо жить, пока живой.
И купеческая дочь,
В тесный вырез вправив груди,
Что ни ночь выходит в люди.
.............................
С непокрытой головой –
Сретенкой и Моховой.
1.05.91 |
|
|
